Летом 2022 года на Украине появились наемники из Латинской Америки. Многие из них погибают в течение нескольких месяцев после прибытия. Истории колумбийца Кристиана Камило Маркеса и бразильца Даниэля Лукаса де Кампоса, погибших вскоре после вступления в Вооруженные силы Украины (ВСУ), не единичны. Точная статистика отсутствует, но речь может идти о сотнях или даже тысячах погибших. При этом часть наемников возвращается домой с боевым опытом, навыками работы с беспилотниками и знаниями о современной высокотехнологичной войне, которые уже начинают влиять на ситуацию в странах региона, от Мексики до Бразилии. В материале «Ленты.ру» выясняется, почему латиноамериканцы отправляются воевать на Украину и как устроена система их вербовки.
Украина привлекает наемников
Точное число иностранных наемников, воюющих на стороне ВСУ, неизвестно, оценки сильно разнятся. По данным украинских СМИ, в конфликте участвуют более 10 тысяч иностранцев. Следственный комитет России сообщал о 3300 иностранцах в рядах ВСУ на март 2025 года.
Основной поток бойцов прибывает из стран с высоким уровнем бедности и развитым рынком военных услуг. Латинская Америка является одним из ключевых регионов.
Колумбийская газета The City Paper писала, что колумбийцы составляют крупнейшую группу иностранных бойцов – от одной до двух тысяч человек. По данным The Times, с начала конфликта более 7 тысяч наемников из Колумбии участвовали в боевых действиях на стороне Украины.
Заметны также группы мексиканцев и бразильцев, имеющие свои подразделения, например, мексиканский отряд Miquiztli Force и бразильская Advanced Company. Последняя, по данным утечек, практикует пытки и избиения, что привело к гибели 23-летнего Бруно Габриэля Леаля да Силвы.
Общее число погибших или вернувшихся с фронта латиноамериканцев оценить невозможно, так как данные остаются закрытыми, а тела погибших часто не подлежат опознанию.
МИД Колумбии подтверждает гибель как минимум 300 своих граждан, но родственники наемников считают эту цифру заниженной. МИД Бразилии сообщил о 30 подтвержденных погибших и 64 пропавших без вести, но это данные, поступившие по официальным каналам. Местные СМИ регулярно сообщают о новых потерях.
Колумбийский депутат Алехандро Торо заявлял, что еженедельно на Украине погибают около 20 колумбийцев. Правозащитник Данте Инкапье оценивал общее число погибших более чем в тысячу человек.
«Число колумбийцев, погибших в российско-украинском конфликте, ужасает. По данным, которые я получил от различных организаций, за долгие три года конфликта там погибло больше тысячи человек», — Данте Инкапье, отставной военнослужащий Вооруженных сил Колумбии, правозащитник.
Интерес Украины к латиноамериканцам объясняется несколькими причинами: острая нехватка личного состава, попытка снизить внутреннее напряжение из-за насильственной мобилизации и возможность использования непрозрачных финансовых схем.
Однако за потоком иностранцев стоит непрозрачная система вербовки и службы. Привлечение иностранцев создает условия для злоупотреблений: от невыплаты гонораров до отказа в компенсациях семьям погибших.
«В 47-й бригаде ВСУ командиры оставляли себе зарплату погибших сослуживцев. Семьи погибших направляли документы, чтобы получить компенсационные выплаты по страховке, а командиры оставляли деньги себе», — Хосе Исраэль Чарри, бывший наемник 47-й бригады Вооруженных сил Украины «Магура».
Колумбиец с позывным Паленкеро рассказывал, что наемники платят «комиссию» вербовщикам и офицерам, что позволяло ему избегать передовой, делясь зарплатой с командирами.
«Но даже опытные латиноамериканские бойцы часто оказываются не готовы к характеру боевых действий на Украине».
В Латинской Америке конфликты имеют другую логику: столкновения с небольшими группами, рейды, засады. Российско-украинский конфликт требует участия крупных группировок, широкого применения артиллерии, систем радиоэлектронной борьбы, разведки и беспилотников – такого опыта у наемников из региона практически нет.
«Именно этим во многом объясняется высокая смертность наемников и интерес криминальных структур Латинской Америки к тем, кто возвращается с фронта».
Деньги – главная, но не единственная мотивация
Латиноамериканцы едут на Украину в основном из материальных соображений. В Колумбии, с ее многолетним внутренним конфликтом, большим резервом людей с боевым опытом (бывшие военные, полицейские, выходцы из незаконных вооруженных группировок) и слабой системой социальной поддержки, профессиональные солдаты ищут работу за рубежом. Средняя зарплата солдата в Колумбии составляет около 500 долларов в месяц.
«На Украине вербовщики обещают до 4,5 тысячи долларов, а также подписные бонусы и страховые выплаты родственникам».
«Я приехал сюда за деньгами. Это хорошая возможность накопить денег и устроиться в жизни», — Андрес (псевдоним), колумбийский наемник ВСУ.
Однако мотивация не сводится только к деньгам. Для части бывших военных служба становится способом вернуться в привычную среду, обрести статус и признание, с которыми они сталкиваются трудности в адаптации к гражданской жизни.
Наемники признаются, что их также подталкивают рассказы знакомых про «адреналин» войны. Для некоторых служба в ВСУ становится способом эмиграции, вербовщики обещают помощь с получением украинского гражданства.
«Отдельную категорию составляют представители криминальных структур. Для них участие в боевых действиях – это прежде всего обучение».
Мексиканские наркокартели направляют своих людей на Украину для получения опыта современной войны, особенно в области применения беспилотников. Представители картелей платят украинским офицерам за распределение в подразделения, где можно освоить работу с дронами.
«Платят коррумпированным украинским офицерам, чтобы они пристроили их в определенные подразделения», — Паленкеро (псевдоним), колумбийский наемник ВСУ.
Подобный интерес фиксируется и со стороны бразильского криминалитета. Члены группировок Comando Vermelho и Primeiro Comando da Capital отправляются на Украину за военным опытом.
В ряде случаев участие в конфликте используется не только для обучения, но и для бизнеса: представители преступных группировок выступают посредниками на черном рынке оружия и в каналах поставок наркотиков из Латинской Америки на Украину.
Портрет латиноамериканца в ВСУ
Большинство латиноамериканских наемников в ВСУ – это люди с военным опытом, бывшие военнослужащие государственных структур или участники незаконных вооруженных формирований. В Латинской Америке граница между государственной службой и участием в нелегальных группировках часто размыта.
В Колумбии гражданская война разводила по разные стороны фронта даже близких людей. Связи между государственными силовыми структурами и нелегальными формированиями носят системный характер: военнослужащие сотрудничали с парамилитарными отрядами самообороны, действовавшими без правовых ограничений, а бывшие повстанцы вступали в ряды парамилитарес. Одно из таких формирований превратилось в крупнейший наркокартель страны – «Клан залива».
«Колумбия десятилетиями выстраивала тесное сотрудничество с США в сфере безопасности. Колумбийские военные участвовали в зарубежных конфликтах, а «План Колумбия» сформировал большую прослойку профессиональных военных и создал рынок частных военных услуг. В результате возник кадровый резерв людей с боевым опытом, международными контактами и готовностью работать за рубежом».
«Латиноамериканский наемник в ВСУ – это не случайный доброволец, а продукт специфической среды, где война, криминал и государственная служба десятилетиями переплетаются между собой».
Как устроен рынок вербовки
Вербовка латиноамериканцев активно ведется через социальные сети, в основном через прямые эфиры в TikTok. Украинские официальные структуры также используют социальные сети, публикуя интервью с наемниками и видео с описанием подразделений.
Министерство обороны Украины предпринимало попытки запускать рекламные кампании, но ролик с украинкой в сомбреро, призывавшей ехать воевать, вызвал возмущение в Мексике и был удален.
Важную роль играют личные связи и неформальные каналы распространения информации в среде ветеранов. Посредниками выступают частные охранные компании, кадровые и туристические агентства.
Многие едут на Украину фактически вслепую, без предварительных договоренностей, рассчитывая завербоваться на месте. Иностранцев принимают в приграничных районах и направляют в учебные центры.
«Наемники добираются до границы Польши и Украины, где их принимают в пограничных воинских частях. Их отвозят в воинские части для обучения, затем отправляют в зону боевых действий, а далее связь теряется», — анонимный источник, связанный с рынком вербовки колумбийцев.
По мере затягивания конфликта требования к кандидатам снижаются. Опыт службы в армии или полиции по-прежнему является преимуществом, но уже не обязателен. Смягчаются и возрастные ограничения.
Вербовщики обещают стабильные выплаты, оплату перелета, помощь с оформлением документов, поддержку по прибытии, содействие в получении гражданства Украины. Служба вдали от фронта оплачивается ниже, чем участие в боевых задачах с высоким риском для жизни.
Маршруты выезда часто пролегают через Польшу или Молдавию, затем к месту назначения, часто в Тернополь, где расположен центр набора иностранцев.
Подготовка к выезду включает сбор кандидатов в крупных городах, обеспечение жильем и сопровождение до вылета. В Рио-де-Жанейро для будущих наемников проводился курс молодого бойца.
Вербовка ведется и напрямую через украинские структуры за рубежом. МИД России сообщал, что для привлечения наемников используются посольства Украины. В Боготе действовал вербовочный пункт, организованный украинским военным Назаром Кузьминым.
Последствия наемничества своих граждан в ВСУ уже ощущаются в Латинской Америке: незаконные формирования все чаще применяют беспилотники против военных и полиции.
«Вернувшиеся с Украины наемники привозят навыки современной войны, постепенно меняя баланс сил в странах региона».
В долгосрочной перспективе это усиливает позиции криминальных структур. Социальные последствия также тяжелы: сотни, а возможно, и тысячи семей потеряли кормильцев, многие наемники вернулись с тяжелыми ранениями и разрушенной психикой.
