«Он боялся подозрений в шпионаже»: Неизвестный чиновник из ГДР снял жизнь советского Тбилиси. Как эти места выглядят 60 лет спустя?

В 2025 году фотограф и коллекционер Артур Бондарь приобрел на интернет-аукционе архив неизвестного сотрудника Министерства внешней торговли ГДР. Вместо привычных для восточногерманского чиновника пейзажей Берлина, Дрездена или Лейпцига, на пленках оказались виды Тбилиси 1965 года: его улицы, мосты, храмы, новостройки и жители. Автор снимков приехал в столицу Грузинской ССР по работе, но, прежде всего, увлеченно снимал сам город. Спустя 60 лет Артур Бондарь повторил его маршрут и запечатлел те же места. Как немецкий чиновник увидел советский Тбилиси и насколько изменился город за шесть десятилетий — в материале.

Найденные в архиве фотографии были сделаны в 1965 году — первом полном году после отставки Никиты Хрущева. Осенью 1964-го его на посту первого секретаря ЦК КПСС сменил Леонид Брежнев. Страна еще жила инерцией оттепели, миллионы советских семей переезжали из коммуналок и бараков в новые квартиры, а эпоха, которую позднее назовут застоем, только начиналась.

1965-й вообще оказался богат на символы времени. Алексей Леонов первым в истории вышел в открытый космос, на экраны вышла «Операция 'Ы' и другие приключения Шурика», а Сергей Бондарчук продолжал работу над масштабной экранизацией «Войны и мира». До политической разрядки между СССР и Западом было еще далеко: холодная война продолжалась, а США наращивали участие во Вьетнамской войне.

Тбилиси в это время стремительно развивался. Столица Грузинской ССР была одним из ключевых культурных и экономических центров советского Закавказья. Между переписями 1959 и 1970 годов население города выросло примерно с 700 тысяч до 890 тысяч человек.

Масштабы развития города подтверждает и строительство метро. Его первая линия была открыта в январе 1966 года, когда население Тбилиси еще заметно не дотягивало до миллиона человек — показателя, на который обычно ориентировались при планировании метрополитенов в СССР. Тбилиси стал четвертым советским городом с метро после Москвы, Ленинграда и Киева. Сегодня Тбилисский метрополитен насчитывает 23 станции. Большинство из них — 21 — открылись еще до распада СССР. Две оставшиеся появились уже в независимой Грузии: «Важа-Пшавела» в 2000 году и «Государственный университет» в 2017-м. После распада СССР в бывших советских республиках открылись только три новые системы метро — в Днепре, Казани и Алма-Ате. При этом строительство метро в Днепре и Алма-Ате началось еще в советское время.

Однако жизнь в Грузии отличалась от повседневности многих других советских республик не только крупными инфраструктурными проектами. Там сохранялась сильная национальная и культурная самобытность. «Грузия на тот момент была частью Советского Союза, но с очень сильной локальной идентичностью, языком, культурой, кухней, вином, театром и кинематографом. Советская власть не уничтожала полностью такие символы, а часто включала их в официальный образ республики: древняя культура плюс социалистическая современность», — отмечает Артур Бондарь.

Другой особенностью был заметный разрыв между официальными доходами и реальным уровнем потребления. Грузия считалась одной из наиболее обеспеченных советских республик, хотя значительная часть экономической активности существовала вне государственной статистики. На уровень жизни влияли и перераспределение средств внутри СССР, и особенно развитая теневая экономика. По некоторым оценкам, ее доля была крупнейшей среди союзных республик. Более 25 процентов ВНП Грузинской ССР могло приходиться на теневую экономику. Одним из источников неофициального заработка стали подпольные производства одежды, обуви и других дефицитных товаров. Они использовали неучтенное или похищенное сырье и продавали продукцию за пределами официальной системы. Развитая легкая промышленность республики создавала для такого бизнеса подходящую инфраструктуру.

Именно с развитием легкой промышленности был связан визит в Тбилиси неизвестного автора архива. Судя по сохранившимся материалам, сотрудник Министерства внешней торговли ГДР приехал в Грузию на выставку восточногерманских швейных и трикотажных машин. Выставка проходила в недавно открытом комплексе достижений народного хозяйства республики. Согласно материалам архива, во время нее обсуждались поставки оборудования из Восточной Германии в Грузию. С этими поставками Артур Бондарь связывает и развитие тбилисской швейной фабрики «Нино», которая впоследствии стала одним из крупнейших предприятий такого профиля в городе. Фабрика десятилетиями выпускала женскую одежду.

Но, несмотря на деловой характер поездки, в основном чиновник фотографировал не работу. На пленках остались городские улицы, дома, мосты, люди и достопримечательности. Иногда в кадр попадал и сам автор. Судя по фотографиям, это был мужчина средних лет с уже заметными залысинами. На фоне многих горожан он выделялся подчеркнуто официальным видом: темный костюм, белая рубашка и галстук.

В сохранившихся заметках немец признавался, что фотографировать в СССР ему было не по себе. Тревогу не снимал ни официальный статус командировки, ни союзнические отношения ГДР и Советского Союза. «В одной из заметок он упоминал, что из-за камеры постоянно боялся проблем с полицией или подозрений в шпионаже. В то время человек с фотоаппаратом мог вызывать подозрение, особенно если это был иностранец», — рассказал Артур Бондарь. Фотографировать вокзалы, промышленные объекты, мосты, военные или другие стратегические места было рискованно. При этом мосты, телебашню и другие объекты, съемка которых особенно беспокоила немецкого чиновника, он все-таки сфотографировал.

К концу 1980-х годов фабрика «Нино» начала постепенно терять прежние объемы производства, а после распада СССР окончательно закрылась. Здание простояло заброшенным много лет. Такая судьба постигла множество советских промышленных объектов в Грузии. Почти одновременно тяжелейший кризис охватил и всю страну. После распада СССР прежние хозяйственные связи разрушились, а политическая борьба переросла в гражданское противостояние и вооруженные конфликты в Абхазии и Южной Осетии. Из зон боевых действий бежали десятки тысяч людей. Экономический удар оказался огромным. По данным Всемирного банка, к 1994 году объем производства в Грузии сократился более чем на 70 процентов по сравнению с 1990-м. В 1993 году инфляция исчислялась тысячами процентов.

Ситуацию усугублял разрыв прежних торговых связей, в том числе с Россией. Началась массовая эмиграция. По оценкам Всемирного банка и Международного валютного фонда (МВФ), в 1990-е и начале нулевых чистые миграционные потери Грузии достигли примерно миллиона человек. Стабилизировать положение удалось только к середине 1990-х годов, когда ключевой фигурой грузинской политики стал бывший министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе. В стране провели денежную реформу, ввели национальную валюту — лари, начали приватизацию и либерализацию торговли. Экономика быстро отреагировала: в 1996-1997 годах реальный ВВП рос в среднем более чем на десять процентов в год. Однако восстановление вскоре замедлилось. Российский финансовый кризис 1998 года ударил по грузинской экономике, а ситуацию усугубили внутренние проблемы — коррупция, слабость государственных институтов и бюджетный кризис. К началу 2000-х реформы фактически застопорились.

Новый этап начался после «революции роз» 2003 года и прихода к власти Михаила Саакашвили. Его правительство ускорило приватизацию, упростило налоговую систему, начало масштабную борьбу с бытовой коррупцией и стало активнее привлекать иностранные инвестиции. С 2004 года грузинская экономика снова перешла к быстрому росту. Сейчас Михаил Саакашвили находится в заключении в Грузии. По нескольким уголовным делам ему назначены сроки, которые в совокупности предполагают пребывание в тюрьме до 2034 года. Сам бывший президент называет преследование политически мотивированным.

На фоне восстановления экономики постепенно возник вопрос, что делать с многочисленными заброшенными советскими предприятиями. Бывшая фабрика «Нино» стала одним из наиболее заметных примеров джентрификации. В 2016 году ее здание превратили в многофункциональное пространство Fabrika. Создатели сохранили промышленную архитектуру и следы советского прошлого, но разместили внутри хостел, кафе, магазины, мастерские, коворкинг и пространства для мероприятий. «В Грузии огромное количество забытых и заброшенных промышленных объектов, которые были разграблены в мрачные 1990-е годы. В последние несколько лет стало модным повторно использовать и перепрофилировать эти старые мрачные здания, вдыхая в них новую жизнь», — говорится на сайте пространства. Сегодня внутренний двор Fabrika используется для фестивалей, выставок и маркетов. Например, в мае прошлого года там прошел салон натуральных вин, а в июне — двухдневный винтажный рынок.

На фотографиях Артура Бондаря, сделанных по следам неизвестного немецкого чиновника, хорошо заметно, как изменился повседневный Тбилиси. На фасадах советских домов появились вывески и реклама, над дорогами — баннеры международных компаний, в городе выросли новые здания и памятники. При этом древние церкви, крепости, мосты и очертания старых улиц остались на тех же местах, где их увидел фотограф из ГДР. Изменилась и сама страна. После обретения независимости Грузия последовательно стремилась к сближению с Европейским союзом (ЕС), особенно во время президентства Михаила Саакашвили. В марте 2022 года правительство подало заявку на вступление в ЕС, а в декабре 2023-го страна получила статус кандидата. Однако уже в 2024 году процесс фактически остановился из-за резкого ухудшения отношений между грузинскими властями и ЕС. Позднее правительство объявило, что до 2028 года не будет добиваться начала переговоров о членстве.

Одновременно страна пережила новый затяжной политический кризис. После парламентских выборов октября 2024 года оппозиция заявила о массовых нарушениях и отказалась признавать результаты. Власти отвергли обвинения. Международные наблюдатели ОБСЕ сообщали о нарушениях и проблемах с тайной голосования, но не объявляли выборы полностью сфальсифицированными. После решения правительства отложить переговоры с ЕС протесты стали еще масштабнее. При этом ухудшение отношений с Западом не привело к полноценной нормализации связей с Россией. Главным препятствием остаются Абхазия и Южная Осетия. Власти считают оба региона частью Грузии и заявляют, что около 20 процентов территории страны находится под «оккупацией».

За 60 лет Тбилиси изменился почти во всем — от городского транспорта и вывесок до политического устройства и внешнеполитических ориентиров. Но на фотографиях двух эпох особенно хорошо видно и другое: город остается узнаваемым. Старые улицы, горы, храмы и балконы продолжают связывать Тбилиси 1965 года с современным городом — даже если страна вокруг них изменилась до неузнаваемости. «Учитывая все исторические события, которые произошли за это время, безумно интересно смотреть, как изменился город спустя 60 лет, и в очередной раз убеждаться, что фотография — это и есть самая настоящая машина времени», — заключил Артур Бондарь.